Личный журнал, Ноэми Лапорт

«Если ты федаин, ты всегда был федаином».

Вот и все, что я получила. Послеполетный осмотр, медосмотр, разбор, оценка ущерба после удара по конвою, стратегическая оценка тарана, первые прогнозы по ответному ходу Стила (ответный ход есть всегда), а потом, пока я в душе, этот покрытый шрамами индо-польский громила хлопает меня по плечу и говорит это. «Если ты федаин, ты всегда был федаином». И уходит, все еще мокрый.

Я повернулась к Ковачу и спросила, кто это, черт возьми, был. «Это был Аль-Дава, - сказал он. - Добро пожаловать в клетку со львами. Видимо, мы тебя ждали».

Так что теперь я внутри, часть их психопатически расчетливой меритократии. Ни наград, ни церемоний, только тычок в плечо и эта жемчужина благословения. Может, церемонией была та часть, где я ничего не сделала, чтобы остановить убийство троих своих.

Всякое бывает, да? Как в той шутке: чем корабельный хирург отличается от гробовщика? Оба запачкают палубу кровью, но одному не надо смывать ее с рук перед следующим клиентом. Когда выживших не будет, это перестает казаться убийством. Просто сделка. Тратишь жизни, получаешь цель. Есть один адмирал, который понимает эту логику.

Приятно было вернуться в кабину. Ainsarii хорошо слушается. Невидимость поразительная. Лететь верхом на нескольких тоннах антивещественных боеприпасов тоже поразительно. Могла бы долго рассуждать об этом.

Аль-Дава? Как это мог быть Аль-Дава? Он был маленьким сантехником, а не борцом сумо с кислотными ожогами. Он все время меняется. Это бессмысленно, разве что он какой-то мастер маскировки, но на этом корабле у меня не впервые такое чувство. Иногда кажется, что их мир снов просачивается здесь в реальность. Единой формы нет и в помине, оперативники жарят барашка в кормовом шлюзе систем жизнеобеспечения, а Торн и другие аналитики часами пропадают в своей крепости у шпангоута 16, общаясь с CASSANDRA, вычислительным центром моделирования, которого мы никогда не видим и который по неизвестным причинам охраняет взвод в боевой броне.

Схожу отлить. Пауза записи.

Продолжаю.

Bellwether 4.12. Красивое название. Цивилизация философов, художников и ученых, да? Мы тоже хотели такими быть. Нам бы стоять по одну сторону этой войны, но реальность вмешалась, и теперь они просто новый вид химии в спектре взрыва. Если они когда-нибудь узнают, что там на самом деле произошло, это будет конец Федерации, но, черт, сейчас это почти обычное положение дел.

Попробую наладить отношения с К., Фальконер и Видаурой. Между ними странная химия, как у акул, плывущих вместе, потому что они охотятся на то, что поодиночке не одолеть. Видаура все пытается меня раскрыть, и хотя я знаю, что поддаюсь соблазну, уже понятно, что она самая опасная из всех.

Вот и все здесь такое. Федерация акул.
